О тех, кто проживает не свою жизнь


Мне охото веровать, что Создатель из всех собственных созданий предпочитает тех, кто стал свободным. История о тех, кто проживает не свою жизнь

— Как это – не было? — спросила я в один момент севшим голосом, — Совершенно, что ли? Да у вас ошибка здесь, в картотеке, поглядите лучше!

— Никак нет, — старый Ангел улыбнулся снисходительно и поправил очки в круглой оправе, — У нас здесь все записано, все учтено, снова же, все под серьезным оком Сами Понимаете Кого. У нас за должностное грех понимаете что? – физиономия Ангела посуровела, — Про Люцифера слыхали? То-то. Моргнуть не успел – сбросили. «Оши-и-ибка». Скажете тоже…

— Минуточку, — я попробовала взять себя в руки, — Поглядите, пожалуйста, сюда.

Ангел доброжелательно воззрился на меня поверх очков.

— И? – спросил он после секундного молчания.

— Меня, может, и нет. Но кто-то же есть? – я осторожно пошевелила кисельной субстанцией, которая сейчас подменяла мне обычный земной организм. Субстанция заволновалась и пошла радужными пятнами.

— Кто-то, непременно, есть. Но никак не NN, каков вы изволили представиться., — Ангел тяжело вздохнул и потер лоб, — Я таких как вы перевидал – не сосчитать. И почему-либо в большинстве собственном – дамы. Ну, да хорошо. Давайте инспектировать, дама. По пт. С самого начала. Так?

— Давайте, — произнесла я, решительно повиснув у него над плечом и изготовясь биться до последнего.

— Нуте-с, вот она, биография мадам N, — Ангел вынул из-под стола здоровый талмуд и сдул с него пыль, — Ab ovo, дорогая, что именуется, от яичка, — он послюнявил палец и зашуршал тонкими папиросными страничками, — Ну, это все мелочи … памперсы… капризы детские… глупости всякие… личность еще не сформирована… нрав не проявлен, все черновики… ну, детство и совсем опустим, берем сознательную жизнь… а, вот! – он торжествующе поднял палец, — у вас был роман в конце десятого класса!

— Ах, какая странность, — не удержалась я, — Чтобы в шестнадцать лет – и вдруг роман!

— А вы не иронизируйте, фрейляйн, — Ангел сделал серьезное лицо, — Роман развивался бурно и достаточно счастливо, пока не встряла ваша подруга. И мальчугана у вас, будем уж откровенны, прямо из-под носа увела. Другими словами не у вас, — вдруг спохватился ангел и побагровел, — а у мадмуазель NN…

— Ну, и чего? – спросила я подозрительно, — Со всеми бывает. Это что, некий смертный грех, который в Библию запамятовали записать? Дескать, не отдавай ни парня собственного, ни ишака, ни вола…

При слове «Библия» ангел поморщился.

— При чем здесь грех, ради Бога! Достали уже со своими грехами… Смотрите за идеей. Как в этой ситуации ведет себя наша N?

— Как дурочка себя ведет, — темно произнесла я, смутно припоминая этот злосчастный роман «па-де-труа», — Делает вид, что ничего не вышло, шляется с ними всюду, мирит их, если поссорятся…

— Вооот, — наставительно протянул Ангел, — А сейчас пристально – на меня глядеть! — вроде бы поступили вы, если б жили?

— Уничтожила бы, — слово вылетело из меня ранее, чем я успела сообразить, что говорю.

— Конкретно! – Ангел даже подскочил на стуле, — конкретно! Уничтожить бы не уничтожили, естественно, но отправили бы на три радостных буковкы – это точно. А сейчас вспомните – сколько таких «романов» было в жизни у нашей мадмуазель?

— Штук 5, — вспомнила я, и мне вдруг стало паршиво.

— И все с этим же результатом, заметьте. Идем далее. Мадмуазель попробовала поступить в институт и провалилась. Сколько не добрала?

— Полтора балла, — мне захотелось рыдать.

— И для чего-то несет документы в пединститут. Там ее балл – проходной. Она поступает в этот институт. А вы? Чего в этот момент желали вы?

— Поступать в универ до последнего, пока не поступлю, — уже чуть слышно шепнула я, — Но вы и меня поймите тоже, мать так рыдала, просила, страшилась,

Вы можете оставить комментарий, или ссылку на Ваш сайт.

Оставить комментарий

Яндекс.Метрика